Севастополь заплатит за проезд по тарифу блэкаута
Крупный игрок городского рынка пассажирских перевозок требует от Правительства Севастополя возместить ему убытки, причиненные в период с ноября 2015 года по март 2016 года. Напомним, во время энергоблокады маршрутные такси и автобусы перевозили пассажиров по цене проезда в троллейбусе. Редакция НТС выяснила, сколько город заплатит перевозчику за работу в блэкаут.На днях ООО «Севтранстрест» выиграло у Правительства города дело о взыскании убытков. Арбитражный суд вынес решение о том, что город должен заплатить перевозчику 32,6 миллиона рублей. Иск был подан в ноябре 2018 года, процесс о взыскании убытков длится уже два года и наверняка продолжится – решение суда первой инстанции, скорее всего, будет обжаловано.
ООО «Севтранстрест» отвечает сразу за несколько востребованных маршрутов (№ 17, 71, 107, 109, 110, 112, 195). Спор с Правительством города не помешал этой компании в мае 2019 года получить пятилетний контракт на пассажирские перевозки по регулируемым тарифам стоимостью 352 миллиона рублей. Это самый крупный контракт, заключенный Департаментом транспорта с перевозчиками на городских маршрутах.
Напомним, 22 ноября 2015 года Сергей Меняйло (на тот момент — губернатор города) подписал распоряжение о введении на территории Севастополя чрезвычайной ситуации в связи с прекращением поставок электроэнергии из энергосистем Украины. Через несколько дней, 27 ноября, комиссия по предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций приняла решение о том, что в пределах троллейбусных маршрутов автобусы будут перевозить горожан по цене поездки в троллейбусе – на тот момент это было 10 руб.
Как подсчитали в «Севтранстресте», выполнение этого решения повлекло для компании убытки в сумме 32,6 миллиона рублей. Суд назначил экспертизу для изучения первичной документации истца и пришел к выводу о правомерности его требований.
Вот только не припомню, чтобы в период энергоблокады нам выдавали билеты в маршрутках, до введения ЕГКС городские перевозчики избегали формальностей в обороте наличности. Но это уже — дело темное.
