Как в Евпатории молодые ребята постигают премудрости рукопашного боя казаков
Себя он иронично называет «маленьким плюгавеньким толстячком», способным творить волшебство, «укладывая» атлетичных молодых ребят. Одно из детищ волшебника – клуб «Рубка», который фактически вот уже восьмой год функционирует на базе Крымской федерации кунг-фу в Евпатории. Его воспитанники постигают различные премудрости рукопашного боя казаков. Волшебника зовут Олег Иванов.УДАР ЕСТЬ УДАР
И действительно, как и в случае с волшебством, в известной степени он занят постижением неведомого. По словам тренера, рукопашного боя казаков (рубки) «в полном формате» до наших дней не сохранилось. Тому причинами и долгие годы советской власти, первые десятилетия которой отличались расказачиванием, и Великая Отечественная война, забравшая жизни многих носителей казачьей культуры.
– Что-то сохранилось в формате семейных ухваток, – поясняет Иванов. – Причём за Уралом – очень хорошо, а что-то и у нас здесь. Смотришь видео, из кусочков складываешь картинку, как ты себе её представляешь. Я пропускаю её через призму кунг-фу. Удар есть удар, на каком языке и как бы он ни назывался. И когда ты улавливаешь принципы движения, исходя из танцев, фланкировки, то с высокой долей вероятности можешь определить, что оно должно выглядеть так. Возможностей проверить, стоит ли действительно это движение чего-то или нет, довольно мало. Принцип казачьего боя как боевого искусства – один удар. Второго быть не должно. Как ты его проверишь в поединке? Никак. В этом плане помогает то, что от Крымской федерации кунг-фу мы участвуем в соревнованиях на международном уровне, где судят серьёзные профессионалы. И если там человек, который многие годы занимается именно традиционными боевыми, а не спортивно-прикладными искусствами, высоко оценивает собранный тобой комплекс, значит, тот именно боевой.
Первое направление «Рубки» – кулачный бой. Второе – владение холодным оружием казаков: ножом, нагайкой, шашкой (саб-лей), пикой. И сложно сказать, какое из них ближе тренеру, который в молодости достиг немалых вершин как фехтовальщик и по праву слывёт специалистом в области исторического фехтования.
По словам Олега Иванова, клуб сотрудничает с крымскими казаками.
– На всех праздниках, которые устраивают наши казачьи организации, мы выступаем, я проводил для детей казаков мастер-класс по сабельному бою, – рассказывает он. – Тренировки у нас предполагают высокие нагрузки. В перечень упражнений, помимо разминки, входят силовая и скоростная тренировки. Поэтому я предпочитаю брать в группу детей не младше одиннадцати лет – до этого возраста у них другая выносливость, другое понимание движений.
Руководитель клуба убеждён: традиционные боевые искусства – это не про любовь.
– Сохранились легенды, песни, боевые танцы, рассказы, из которых следует ясно, чётко и коротко: на одного противника тратится один удар, – говорит он. – Вот чем боевое искусство отличается от всяких театрализованных UFC. Именно поэтому очень важно воспитывать учеников, учить тому, что агрессия и рукопашный конфликт – самое последнее дело, которое вообще может быть. Проблема в том, чтобы учить их не драться, а тому, что это совершенство тела, что они становятся защитниками, теми, кто стоит между людьми и разбойниками (неважно, как те разбойники называются). Да, они не повёрстанные в казаки, не из казачьих семей, даже не казачата, но, как известно, казачьему роду нет переводу.
РЫЦАРСТВО БЕЗ ПЕРЬЕВ
Сам Иванов, как можно было догадаться, пришёл к рубке через кунг-фу, будучи абсолютно заворожённым этим боевым искусством.
– Сначала всё было фантастикой, – признаётся Олег. – Во всём искал то, что «нарисовано» в фильмах: какие-то таинственные силы, хитрые удары, волшебные движения. Когда начал учиться, тренер, который, кстати, обучался в Китае, убедил, что всё не так, как в кино, и всегда не то, чем кажется. Кунг-фу как боевое искусство очень близко казачьему бою. Возьмём легенды про мастеров кунг-фу, способных находиться одновременно в нескольких местах, пронестись по натянутой полоске рисовой бумаги, перебежать по поверхности озеро, пройти армию насквозь. И тут же вспомним легенды о казаках-характерниках, которые способны вылечить прикосновением, провести незаметно армию сквозь ряды другой армии и тому подобное. При определённой подготовке возможно всё. Да, стоять на натянутой бумаге невозможно, но пробежать по ней, набрав соответствующую скорость, реально. Зная, где под водой расположены камни или столбики, можно замечательно по ним промчаться, а зритель будет думать, что ты волшебным образом пробежал по воде.
При всей своей, казалось бы, противоположности шашка и шпага, убеждён Олег, удивительным образом дополняют друг друга.
– Первая – невероятной скоростью удара, вторая – такой же точностью, – считает он. – Шпага как изморось на стекле, шашка как высверк молнии.
На тренировках Иванов рассказывает воспитанникам об истории сабельного боя, о том, откуда взялись и почему так сложились его направления. По словам мастера рубки, казачество всегда было рыцарством, а сами казаки – защитниками
Отечества.
– Они в первую очередь защитники державы, – подчёркивает Иванов. – Это рыцарство без павлиньих перьев на шлемах и сверхдемонстративных вещей, это служение. И как оно может быть оторвано от военно-патриотического воспитания? Пожалуй, это не для всех: надо любить движение с оружием в руках, наслаждаться этим танцем.
Говоря о сути казачества, тренер считает, что прежде всего это отдельные люди:
– Я не вправе называть себя носителем казачьей культуры, – говорит он. – Возможно, я человек, который ею интересуется в конкретном прикладном аспекте: оружие, боевое искусство, фланкировка. Сказать, что я не казак, тоже не могу, поскольку о тех же самых шашке и нагайке знаю уж побольше, чем очень значительное количество тех, кто называет себя казаками. Мне интересен казачий бой как спортивный, культурный и исторический феномен, как ещё одна сторона нашей родной жизни. Если кто-то попросит показать и научить, мне будет всё равно, называется этот человек казаком или нет. При том что казачество – это народ и, как я уже говорил, казачьему роду нет переводу. Если закончатся все казаки в мире, всё равно найдётся кто-то, кто встанет перед другими и скажет: «Я казак!» Не ради красивых фоточек в соцсетях, не ради формы, не ради того, чтобы постоять в оцеплении, похлопывая себя нагайкой по штанине. А для того чтобы защитить оружием и собой других.
